Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

орк

"пес уяде"

Вот никто не читает творения крупного молодого учёного, продолжателя традиций петербургской исторической школы М.И. Жиха. А зря. Там, например, такое можно прочитать:

===В очень близкое время – в 1077-м году – летопись указывает и смерть епископа Феодора[66], причем в другом месте называет и причину его смерти:

А Феодора свои песъ уяде и с того умре[67]

И.Я. Фроянов предположил, что смерть епископа Федора может быть связана с изгнанием из города князя Глеба и сопровождавшей его смутой[68]. Разумеется, это лишь предположение, но совпадение времени изгнания из города князя и гибели епископа наводит на соответствующие мысли[69]. Если догадка И.Я. Фроянова верна, то перед нами первый случай вмешательства веча не только в политическое, но и в церковное управление в городе===.

Если моя догадка верна, то отождествление пса с новгородскими вечниками открывает широкое поле дальнейших исследований. Разумеется, это лишь предположение, но нельзя ли предполагать, что в вече участвовало не только всё человеческое население Новгородской земли, но и животное тоже? Ведь древнерусская демократия - это (если догадка И.Я. Фроянова верна) - это не какая-нибудь там псевдодемократия западного типа, где правят чистоган и так называемые якобы элиты, а настоящее соборное, общинное народовластие.

Совпадение времени публикации данного текста с этой вашей осенью, правда, наводит на соответствующие мысли. Но мы их гоним.

Ссылка: http://www.rummuseum.ru/portal/node/2366 Смотреть советую быстрее, а то, боюсь, скоро исчезнет.

Апдейт. Молодой учёный спрятался за широкую спину Учителя, чей анализ был явлен на странице 179 эпичного опуса под названием "Мятежный Новгород". Читаем:

"О смерти Федора новгородский летописец сообщает под 1077 г.: "Преставися Федор архиепископ новгородскый"... Сообщение о кончине владыки, как видим, предельно лаконично. Но из него можно заключить, что перед нами обычная смерть человека, о которой больше ничего не скажешь, как "преставися" - и только. Другой же источник содержит иную информацию: "Феодора свои пес уяде и с того умре". Эти две версии обстоятельств смерти епископа Федора свидетельствуют о том, что поздние новгородские книжники не знали в точности, отчего он умер. Возникает вопрос: не была ли смерть епископа делом рук новгородцев? Этот вопрос вполне уместен, ибо кончина Федора на фоне смуты в Новгороде довольно симптоматична. Если наша догадка верна, то надо признать, что убийство епископа означало принесение в жертву общественного лидера ради блага общины".

Видимо, в отместку за то, что меня отлучили от "петербургской" "исторической" "школы", хоть приличия ради, хотелось бы обратить внимание на последнее предложение. Возникает вопрос. Если наша догадка верна, кого именно стоит принести в жертву ради блага общины? Вопрос, как представляется, вполне уместен.
Naumburg

"не нашли"

http://www.newsru.com/russia/03oct2011/perelmannorun.html

Таких вещей, конечно, быть не должно. Я уже писал когда-то, что иностранные члены Академии должны иметь в ней такое же право голоса, как и "национальные" члены (тем более, что среди "национальных" есть представители стран СНГ, Грузии и Балтии). Но уж тем более нужно за определённые заслуги безо всякого голосования кооптировать человека в Академию. Эти заслуги, впрочем, должны быть только и исключительно признаны на международном уровне, а то в Академию немедленно потянется мутный поток "нужных" людей. Ясно, что ситуация, когда российские лауреаты Нобелевской или Филдсовской премии могут быть не избраны в РАН, - абсурдна. Значит, получение соответствующей премии должно автоматически давать статус академика. Нечто аналогичное можно придумать и для гуманитарных наук. Допустим, А.Я. Гуревич был членом чуть ли не десятка иностранных академий. Я лично видел в 1992 г. его книжку на французском языке не где-нибудь, а в Лувре. Но членом РАН он не был. Тут тоже, конечно, есть свои ограничения. Скажем, такие выдающиеся историки, как, например, А.Н. Насонов или Б.А. Романов тоже не были академиками. По обстоятельствам времени они не имели и не могли иметь иностранных премий. Как быть с историей России, которая всё-таки за границей мало кому по-настоящему интересна, сказать сложно. Но начать нужно хотя бы с очевидного. Если учёный имеет Филдсовскую премию или избран членом тех или иных иностранных академий, он должен автоматически становиться членом РАН.
Naumburg

о скромности

Году в 1998 покойный заведующий кафедрой, на которой я был аспирантом, - академик Л.В. Милов - попросил меня и моего коллегу помочь ему (надо было вывезти только что изданные книги из издательства). Пока ехали туда, а потом обратно, разговорились. Л.В., в частности, вспоминал, какие скромные были раньше партийные руководители, и как несправедливо их демократы оболгали. Вспомнил, в частности, о бывшем члене Политбюро ЦК Б.Н. Пономарёве (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%80%D1%91%D0%B2,_%D0%91%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%81_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87), - как он скромненько, стоя перед окошком в очереди, получал в Академии соц. помощь (вероятно, в начале 90-х).

Недавно я перечитывал замечательную книгу также, увы, покойного археолога Формозова (кто ещё не читал, всем рекомендую) и увидел там следующее: "Конкурировать с деятелями такого (партийного. - urukhaj) рода было безнадёжно. Для Арциховского* при выборах 1958 г.** выделили место члена-корреспондента с указанием специальности: "История, археология". На это место выбрали Пономарева и, уже став академиком (1968), этот функционер числился специалистом по истории и археологии". (Формозов А.А. Русские археологи в период тоталитаризма. Историографические очерки. М., 2006. С. 253).

Так и хочется сказать: ну, поставь себе десяток золотых унитазов, а в Академию не лезь, так СКРОМНЕЕ будет.



* Кто не знает, А.В. Арциховский - крупнейший археолог, руководитель новгородской экспедиции, открывшей берестяные грамоты.

** Имеются в виду выборы в Академию наук СССР.
Naumburg

о квадратных метрах

А у меня такой странный (но имеющий отношение к новгородским древностям) вопрос. Сколько человек может стоя разместиться на площади в 1800 кв. м? Не особенно расплющиваясь?
Naumburg

2. Толкиен и нацизм

Мы пойдём тем же путём и будем использовать те же источники, что и Wyradhe. Иными словами, главным источником будут служить те же "Письма" (только при крайней необходимости, там, где надо разъяснить позицию Толкиена, будут привлекаться и другие материалы), и точно так же мы будем продвигаться от частного к общему. Собственно, если выяснится, что Толкиен, действительно, симпатизировал нацизму как идеологии или действительно считал его меньшим (или таким же) злом, как демократические западные режимы, дальнейший разговор будет не так важен. Каковы бы ни были причины таких суждений, в главном wyradhe окажется прав. И, напротив, если выяснится, что его отношение к нацизму была сугубо отрицательным, понадобятся дальнейшие наблюдения над его идеологией.

Вопрос о нацистских симпатиях Толкиена решается просто. У него их просто не было. Всё, что на эту тему говорит wyradhe, это хорошо знакомое нам чтение между строк, "подтягивание" подлинных мыслей автора к нужному образцу, недоговорённости и намёки. Посмотрим, что было в действительности.

2 января 1941 г. Толкиен пишет (письмо 42) своему сыну Майклу: "То и дело объявляют воздушную тревогу, но (пока) дальше предупреждений не идет... Полагаю, в этом году все «разразится» раньше, чем в прошлом, — погода позволяет, — то-то горячая начнется пора во всех уголках этого острова! Ясно также, что наш добрый старый друг СССР затевает какую-то пакость. Словом, гонки со временем, что называется, след в след..... Думаю, простые «граждане» ведать не ведают, что там происходит на самом деле. Однако здравый смысл вроде бы подсказывает, что очень скоро Гитлер атакует эту страну напрямую и оч. мощно, еще до лета. А тем временем на улицах вовсю торгуют «Дейли уоркер» — свободно и беспрепятственно. Веселенькие деньки предстоят нам после войны, даже если победим мы — в том, что касается Германии".

Прямой оценки Гитлера тут нет, однако присутствует резко отрицательная оценка СССР, заключившего с Гитлером в 1939 г. пакт с нацистской Германией, крайне отрицательно оценивается пораженческая пропаганда: именно такую пропаганду вела после советско-нацистского пакта коммунистическая печать в Англии и Франции (в т.ч. и Daily worker). Не очень ясен последний пассаж: возможно, Толкиен выражает сочувствие возможным проигравшим, так как их жертвы в связи с характером войны могут быть безмерными (как это в результате и получилось). Естественно, симпатий к Гитлеру или нацизму это не подразумевает. Очевидна патриотическая позиция самого Толкиена.

9 июня 1941 г. тому же Майклу (письмо 45): "Большую часть своей жизни — начиная с твоего примерно возраста — я изучал германский материал (в общем смысле этого слова, включая Англию и Скандинавию). В «германском» идеале заключено куда больше силы (и истины), нежели представляется людям невежественным. Еще студентом я ужасно им увлекался (в то время как Гитлер, надо думать, малевал себе картиночки и про «германский» идеал еще и слыхом не слыхивал); в пику классическим дисциплинам. Чтобы распознать истинное зло, нужно сперва понять благую сторону явления. Да только «выступать по радио» меня никто не зовет и комментировать выпуски новостей — тоже! Однако ж, сдается мне, я знаю лучше многих, что такое эта «нордическая» чушь на самом деле. Как бы то ни было, у меня в этой Войне свои причины для жгучей личной обиды, — так что в 49 я, верно, оказался бы лучшим солдатом, чем в 22: ненавижу этого треклятого невеждишку Адольфа Гитлера (любопытно, что демоническая одержимость, этот стимул, интеллекта отнюдь не добавляет, но лишь подстегивает волю — и только). Не он ли уничтожает, извращает, растрачивает и обрекает на вечное проклятие этот благородный северный дух, высший из даров Европе, — дух, который я всегда любил всем сердцем и тщился представить в истинном его свете. Нигде, к слову сказать, дух этот не проявился благороднее, нежели в Англии, нигде не был освящен и христианизирован так рано.....".

Толкиен, прежде всего, отдаёт дань здесь "германизму". Во 2-й пол. 19 - нач. 20 вв. почти всё гуманитарное европейское сообщество делилось на 2 направления: "германистов", подчёркивавших варварские (sc. прежде всего, германские) корни христианской Европы, и "романистов", акцентировавших континуитет с Римской империей. По любопытному стечению обстоятельств, германистами были учёные Германии, скандинавских стран, отчасти Англии, романистами - Фрнации, Бельгии, Италии... К политике это если и имело какое-то отношение, то весьма опосредованное, и дискуссия началась задолго до возникновения нацизма. Толкиен именно об этом и пишет (германский идеал против классических дисциплин). Разумеется, Толкиен считает, что германский дух лучше всего проявился именно в Англии (и, кстати, противоречит тут нацистским идеологам и английским германофилам, которые считали, что в "растленной" Англии северный дух зачах).
Гитлеровский же "германизм" Толкиен характеризует вполне однозначно: как нордическую (т.е. северную) чушь, а самого его называет "треклятым невеждишкой" (в оригинале ignoramus), одержимым бесами (для католика Толкиена это была отнюдь не метафора). Его идеологию он без обиняков называет "истинным злом" (как поступают с "истинным злом" в толкиеновском мире, хорошо видно по "Властелину колец"). Причём Толкиен не похлопывает фюрера по плечу, он его ненавидит. Более того, Толкиен очень прозорливо отмечает, что нацизм "уничтожает, извращает, растрачивает и обрекает на вечное проклятие" любой, как мы бы сейчас сказали, германистский дискурс. Действительно, сейчас говорить о германских или варварских основах средневековой Европы крайне не модно, даже неприлично (о том, что аллергия на всё германское связана непосредственно с дискредитацией "нордических" идей при Гитлере, есть неплохие работы немецкого скандинависта Клауса фон Зее). В послевоенные годы, особенно с 60-70-х гг. 20 в. намечается явный ренессанс романизма, причём иногда в самой радикальной форме. Но это отдельная тема.
Толкиен ненавидит Гитлера настолько, что выражает готовность аргументированно разоблачать "нордическую чушь" по радио, и тем самым лично принять участие в пропагандистской войне с Германией, и сетует на то, что его туда не зовут.

Собственно, на этом можно и закончить. Но нам ещё предстоит разобраться в подлинной политической идеологии Толкиена, а также поразмыслить над тем, почему (и зачем) её неверно трактуют (wyradhe тут не исключение).

Продолжение (может быть) следует.
Naumburg

о позитивизме

В ходе дискуссии с г-ном Жихом я ещё раз столкнулся с распространённым и абсолютно неверным использованием термина "позитивизм" применительно к исторической науке. Как мне представляется, с лёгкой руки А.Я. Гуревича, позитивизмом стали называть у нас "всё плохое" (как в политике, допустим, используется понятие "фашизм": слышал, как какие-то полоумные борцы за Верх. Совет называли в начале 90-х "фашистами" Ельцина и даже Гавриила Попова). Гуревичу это было нужно для того, чтобы "пристегнуть" к позитивизму советский марксизм. Дело в том, что он был поклонником т.н. "школы Анналов", а её основатели (особенно Люсьен Февр) только и делали, что проклинали позитивизм, - настоящий, разумеется. Этот, настоящий позитивизм с сов. марксизмом никак серьёзно не связан; более того, "школа Анналов" - правда, не первого (Блок и Февр), а второго (Лабрусс, Бродель) и третьего (ранний ЛеРуа Ладюри, Вовелль) поколений, - многое почерпнула от марксизма (не советского, конечно, а настоящего).
В общем, тут необходимы некоторые разъяснения. Слово "позитивизм" имеет несколько значений, среди них, в частности:
1) направление в философии (его касаться не будем);
2) синоним "позитивной науки", т.е. науки, направленной на постижение реальных фактов и их взаимосвязей;
3) направление в ист. науке 2-й пол. 19 - 1-й трети 20 вв., ставившее целью истории возможно более детальное исследование политической истории и видевшее в таком исследовании прогностические возможности.
Идея в последнем случае была такая: надо узнать, как и почему всё происходило, и тогда будет ясно, что и как делать в дальнейшем. Понятно, что это направление было особенно популярно именно во Франции после франко-прусской войны, когда надо было объяснять, как некогда величайшая держава Европы дошла до жизни такой. Нечто похожее на такой позитивизм существовало в то же время и в других европейских странах, но имело существенную специфику (напр., германская Verfassungsgeschichte, с одной стороны, большое внимание уделяла не только событиям, но и институтам, с другой, - имела более выраженный националистический характер). Именно этот позитивизм (и никакой другой) и стал объектом критики в той же Франции в 20-30-е гг. 20 в. (почему - отдельный вопрос). К позитивизму во 2-м смысле это всё никакого отношения не имело. В этом смысле и Блок, и Февр были позитивистами; их конкретные исследования практически ничем по технике и методике исследования (а у Блока - и по стилистике) не отличались от трудов их учителей-позитивистов (в 3-м значении). Отличалось только само понимание того, что есть исторический факт и того, что есть задача исследования. Наши же доморощенные борцы с "позитивизмом", естественно, всё это поняли вкривь и вкось и занялись пустой болтовнёй о "менталитете" или решили, что отмена "позитивизма" позволяет выдвигать всякие дурацкие концепции и проМблемы (мастаками в чём всегда были советские учёные, лишённые возможности или не умеющие работать с источниками, зато владеющие единственно верной методологией).
Так вот, что бы ни говорили всякие методологи, история, в основе своей, как писал старина Риккерт, остаётся не номотетической, а идеографической (описательной) наукой и, следовательно, не может быть только позитивной. В этом смысле на тех, кто активно третирует позитивизм, надо смотреть очень внимательно - не прячут ли они за спиной краплёные карты: какую-нибудь убогую совковую сивуху (вроде той же "полисной" фрояновщины), разговоры о "менталитете" или "национальном духе" (всегда меня это забавляло: вот мы с Жихом вроде к одному народу принадлежим, а "дух" - что-то разный совсем :) или "постмодернизм" с "деконструкцией", за которыми, теряя штаны, как за новым комсомолом, бросились многие наши самоделкины.

PS А то многие удивляются, зачем это я с г-ном Жихом беседую. Он, как доктор Ватсон (пусть тот не обижается!) даёт мне пищу для размышлений (как, скажем, недавно таковую дал мне - также на научную тему - г-н Холмогоров, о чём я, м.б., ещё напишу) :).
орк

Фроянов4, продолжение

Никак не могу отойти от футбола (такого отвратительного убожества давно не видел; наши должны были с бОльшим счётом проигрывать); поэтому, чтобы отвлечься, продолжу.
Одна барышня в ходе упомянутого выше обсуждения в сообщ-ве science freaks заявила примерно следующее: "Либералы недовольны тем, что они не все посты занимают во всех университетах, что там есть люди с другими взглядами". И ещё: "я читала его "Города-государства Древней Руси". Прекрасная и очень известная работа". Работа, действительно, "известная" (но не самая, гораздо известнее труды Фроянова под названием "Киевская Русь" с различными подзаголовками). Но вот прекрасная ли? Смехотворна и эскапада по поводу либералов. Именно "либеральная" интеллигенция заступалась за Фроянова в 80-е гг., когда его якобы преследовали (в годы преследований он стал деканом истфака ЛГУ - должность номенклатурная!). Кто не верит, может обратиться к книге одного из видных историков-либералов В.Б. Кобрина "Кому ты опасен, историк" (где Фр. - один из главных положительных героев) и к отзыву Зимина, к-рый ни в малой степени не разделял концепцию Фр., но выступил на его защите с положительным отзывом. Какая была тут логика? Очень простая: считалось, что всё, что идёт против общепринятых концепций, надо поддерживать (так поддерживали, напр., концепцию азиатского способа пр-ва, мало чем отличавшуюся по степени догматичности в лучшую сторону от традиционной "пятичленки"). Вероятно, похожая логика приводит такого же типа людей к сочувствию нацикам, умученным "кровавым режимом", или кавказским отморозкам-исламистам (одна моя коллега либеральных взглядов мне, в частности, как-то доверительно сообщила, сделав, видимо, не вполне верные выводы на основании моего отношения к совку и ряда других моментов, что вот Хаттаб - это было в 1999 г. - не очень хороший человек, а вот Басаев, напротив, весьма достойная личность).
Решительно против Фр. выступали такие столпы сов. ист. науки, как Рыбаков и Пашуто. Звучали, правда, и иные голоса. Очень хорошую рецензию ещё тогда на очередную монографию Фр. (он их пёк, как пирожки) написал Ю.А. Лимонов, показав её полную источниковедческую несостоятельность.
Так в чём же протофричество этих ещё более или менее научных работ? Тут нам надо обратиться к уже упомянутому мной критерию фальсифицируемости. Главная идея Фр. (о городах-гос-вах) не может быть опровергнута в принципе. Приведу пример. Военная орг-ция древнерусских "городов-гос-в", как это свойственно полисам, по мысли Фр., представляла собой народное ополчение свободных горожан и селян (нерасчленимой общности "волощан", как писал он, поскольку для полиса не должно быть противопоставления между городом и селом). Тезисы, долженствующие подтвердить наличие такого ополчения, следующие:
1. Существовал специальный термин, применявшийся к «народному ополчению» - «вои».
2. Фиксация в летописи при описании военных действий киевлян, галичан, новгородцев без упоминания князя свидетельствует о самостоятельности военных сил соотв. "общин".
3. В «народном ополчении» на равных основаниях участвовали как горожане, так и сельские жители, составлявшие единую общность «волощан».
4. «Народное войско» имело своих собственных командиров – земских, а не княжеских воевод и тысяцких.
Все эти тезисы совершенно несостоятельны: слово "вои" прилагалось к чему угодно: любым воинским отрядам (в т.ч. к княжеской дружине), в переводных текстах могло передавать такое общее понятие, как οι περι, или обозначать ангелов (ангельские вои) (какова форма, кстати, военной орг-ции ангелов?). "Кияне" и прочие действительно иногда в летописях действуют без упоминания князей, но так же описываются военные действия на Западе, да и сейчас ("Американцы захватили Ирак" - вероятно, американское народное ополчение). С др. стор., часты параллельные летоп. сообщения, когда в одном известии упоминаются просто какие-нибудь киевляне, а в другом - о том же самом событии - уточняется, что ими командовал князь. Сельские жители действительно фигурируют в составе войска, но всегда о них говорится так: "бяше СОГНАНО и до поселеи", или что-то в этом роде. Их всегда "сгоняют", "сбивают" и т.д. Ни намёка на добровольность нет. Никаких земских воевод при ближайшем рассмотрении не обнаруживается. Фр. не может назвать ни одного некняжеского воеводы. Все его попытки в этом отношении заканчивались фиаско, а кандидатуры (напр., действовавший в 10 в. в Киеве Претич) неизбежно проваливались? А как называется то, что неизвестно как называлось, неизвестно из кого состояло и не мело командиров? Ответ неизменен: народное ополчение. Ведь летописцы сознательно его игнорировали, а то, что из летописей хорошо вырисовывается дружинная орг-ция, так это просто летописцы любили описывать князей, а вот институты городов-государств игнорировали.
Вот это и есть протофричество. Именно эта логическая модель впоследствии привела к обнаружении действий мировой закулисы в средневековой русской истории. Нет источников о жидомасонском заговоре? Ну, понятно, они же СКРЫВАЮТ! Но он должен быть, и вот в него включаются все, кто с точки зрения "известного русского историка" ходил не в ногу: начиная с еретиков-"жидовствующих" кончая ... нестяжателями (Максимом Греком, Вассианом Патрикеевым).
Naumburg

не о фроянове :)

Заполнял тут один документ, в к-ром надо было заполнить опцию "Ваши научные авторитеты в области россиеведения". Довольно абсурдная постановка вопроса (что такое "россиеведение"?), но она сподвигла меня к размышлению о том, о чём я никогда не задумывался. Написал я там первое, что пришло в голову (более того, в значительной степени списал у коллеги), но это и отвечает моим ощущениям.
-А.А. Шахматов
-А.Н. Насонов
-В.И. Сергеевич
-А.Е. Пресняков
Список, разумеется, далеко не полный и достаточно условный (не учитывает ныне живущих историков, к-рые являются для меня авторитетами), но тем не менее показательный. Так уж получилось, что в "россиеведении" я ориентируюсь на ту традцию (ненавижу слово "школа"), к-рая в сов. время практически перестала существовать (долгое время её единственным представителем был Насонов), т.е.:
-традиционное источниковедение (критика текста) как основа;
-приоритет конкретного исследования над теоретизированием и в то же время:
-широкая постановка вопросов, широкий исторический горизонт ("сравнительно-исторический подход") - т.е. не обожествление "текста" (как у многих нынешних источниковедов, октазывающихся видеть историю за источником, а поиск путей её исследования).
Всё это, конечно, mutatis mutandis, с учётом слабостей позитивизма и т.д. (но тут у меня другие авторитеты: немецкая и французская исторические традиции). Но тем не менее.

(добавлю также в скобках, что я терпеть не могу возни со всяким "учительством" и "научной преемственностью", на к-рую обычно претендуют всякие научные бастарды, но это отдельный разговор).
урук-хай

о Суворове-Резуне

Послушал случайно выступление Юлии Латыниной на "Эхе Москвы". Среди прочего она назвала этого самого Суворова (не шучу!) "самым выдающимся российским историком 20 в.", к-рый всё что нужно объяснил про 2МВ. Это, конечно, бред - показательный с точки зрения того, что должно являть собой альтернативу "режиму" (а она ещё не самая глупая, какие-то вещи понимает, например, то, что нельзя объединяться против вполне вегетарианского "режима" с теми, кто тебя съест сразу же после прихода к власти).
Но я не об этом, и даже не о самом Резуне (в своё время меня полностью убедила книга израильского историка Габриеля Городецкого "Миф Ледокола", да и вообще всерьёз обсуждать дилетантские сочинения этого Фоменки от 20 века бессмысленно), а вот о чём.
Ещё более потешное впечатление, чем сам Резун, производят его унылые совковые "оппоненты"-"антиревизионисты", все эти дюковы, исаевы и прочие - несть им числа - как будто вылепленные по одному шаблону из одного и того же неказистого материала. Резун справедливо над ними издевается: вот вы меня "критикуете", а вас - таких лояльных - даже в архивы не пускают. И действительно, абсурдно говорить о какой-то полемике, когда важнейших материалов нет под руками (архивы-то закрыты! и даже, в какой степени, мы не знаем!). Комичны поэтому все эти подсчёты - с важным видом знатоков - танков и самолётов - когда нет гарантий, что самые принципиальные вещи - закрытые - не могут изменить всю картину.
То же самое касается всей истории 20 в., а точнее, - советского периода. Кстати, нет критерия преемственности власти более чёткого, чем архивная политика. Никому в страшном сне не придёт в голову считать секретными документы Российской империи даже периода 1МВ, а вот применительно к совку - даже за 20-е гг. далеко не всё рассекречено. Это - "наши" тайны, "наши" секреты.
(По хорошему-то надо рассекретить всё до 1991 г., за исключением технических вещей, связанных с разведкой и контрразведкой, да и то для этого установить ясный и железный срок, скажем, 50 лет).
Так что, господа, когда вам какой-нибудь "антиревизионист" заявит: "а вот документы доказывают..." (что Тухачевский действительно был немецким шпионом; Сталин никого не приказывал расстреливать, это всё окопавшиеся "враги народа" делали; потери СССР в войне меньше, чем Германии и т.д. и т.п.) - смело плюньте ему в рожу. До настоящего рассекречивания документов всё это - идеологическое шарлатанство.

Повторю. Это нисколько не в защиту Резуна, к-рый в последнее время договорился до того, что Сталин, оказывается, был гениальным полководцем.
орк

Фроянов2


В реакции "свидетелей Фроянова" ничего неожиданного для меня не было. "Да, он - такой сякой, учёный! крупнейший!! в России!!!" (на весь мир, видимо, не тянет, даже верные члены секты не решаются обсуждать то обстоятельство, что этот великий учёный, крупный спец по сравнительному подходу не знает ни одного иностранного языка, а все свои "сравнительные знания" получил из совковых учебников и марксистских монографий).
Даже приличные люди мне писали: что ж мол так резко? Это меня всегда удивляло. Вот Кузьмин "крыл" великого Шахматова, обвинял чёрт знает в чём Я.С. Лурье и т.д. и т.п. А о нём что-то резкое сказать почему-то нельзя. Или вот Фроянов. Научная оценка его сочинениям была дана уже в 80-е гг., в частности, Пашуто и Лимоновым (последний, кстати, исчерпывающе охарактеризовал источниковедческую безграмотность "известного русского учёного"). Недавно его методы работы были прекрасно охарактеризованы А.А. Горским.
Фроянов не понимает разницы между ранним и поздним летописанием, постоянно игнорирует одни факты в угоду своей концепции, другие интерпретирует по принципу "что дышло, куда повернул, туда и вышло". Готов привести примеры (по каждому пункту из можно привести десятки). Эй, свидетели Фроянова! Вы действительно хотите защитить своего кумира? Так приведите какой-нибудь конкретный пример его научных достижений! А мы посмотрим.
Вот небольшой отрывок из уже опубликованной моей статьи, здесь хорошо видно, как работает Фроянов (речь идёт о событиях 1068-1069 гг. в Киеве):

И.Я. Фроянов предполагал, что Коснячко мог быть не княжеским, а «земским» воеводой, основываясь его якобы отсутствии «среди “мужей”, окружавших Изяслава в момент его “прений” с толпой “людей кыевстих” на княжом дворе». Но на чем основана эта уверенность исследователя, неясно: в летописи говорится лишь о том, что воеводы не было на его дворе; скорее всего, он как раз находился в это время на дворе князя вместе с другими дружинниками. Кроме того ... в Пространной Правде Коснячко прямо назван «княжьим мужем».Наконец, двор его располагался на Горе – в самом «престижном» месте средневекового Киева, где было много усадеб знати.В другой работе И.Я. Фроянов пришел к выводу о том, что киевляне искали Коснячко вовсе не для того, чтобы расправиться с ним, как полагает большинство историков, а «с надеждой разрешить вопрос, связанный с организацией отпора кочевникам». Намерения киевлян при этом он характеризует как «мирные».Ведь понятно, что, если первым делом недовольные киевляне побежали ко двору воеводы, чтобы расправиться с ним, вряд ли можно считать такого воеводу «общинным» лидером. В подтверждение своего мнения историк приводит два аргумента: один, основывающийся на источнике, второй –  логический (придя ко двору Коснячка, киевляне не стали его громить). Так как второй аргумент сам по себе ценности не имеет (отказ от погрома может быть объяснен хотя бы тем, что киевляне спешили), имеет смысл более подробно остановиться на первом. И.Я. Фроянов ссылается на Никоновскую летопись, где рассказывается о том, что было после того, как Изяслав «не послуша» совета своей дружины убить полоцкого князя: «И начяша люди его вадити на воеводу на Коснячка; идоша на гору, с вечя, и приидоша на дворъ Коснячковъ, и не обрhтше его сташа у двора Брячиславля».Это известие дало возможность И.Я. Фроянову задуматься над вопросом: «Не старались ли изяславовы люди внушить посланцам веча или самому вечу, что выполнение вечевого замысла невозможно без воеводы Коснячка».Предположение историка следует отвести по двум причинам. Во-первых, сам текст Ник. говорит совершенно о другом. Глагол «вадити» означал в древнерусском языке «жаловаться, доносить на к.-л., обвинять».Смысл летописной фразы, таким образом, состоит в том, что люди Изяслава стали обвинять перед кем-то (очевидно, киевлянами, которые, впрочем, почему-то не упоминаются) Коснячка. Но с какой целью И.Я. Фроянов обратился к Ник.? Даже, если допускать, что имеющиеся в этой поздней летописи уникальные известия восходят к каким-то ранним источникам, такая постановка вопроса требует предварительного выяснения, не являются ли эти «уникальные» известия простой амплификацией, или толкованием, или искажением сведений протографа. Между тем, уже в Лавр. читаем: «И нача люди его корити на воеводу на Коснячька, идоша на гору…».Место – явно испорченное, о чем свидетельствует ошибка в числе глагола «начати» (единств. вместо множеств.). Во всех остальных списках ПВЛ «люди его» (т.е. Изяслава) отсутствуют. В Радз. и Ак.: «И начаша людие говорити на воеводу…»; то же самое в Ип. и Хл.. НПЛ, в ряде статей которой отразился источник более ранний, чем ПВЛ, дает похожий вариант: «И начаша людие говорити на воеводу…».Только в Троицкой летописи (далее – Тр.), судя по выпискам Н.М. Карамзина, содержалось чтение, близкое к Лавр., но без притяжательного местоимения «его»: «И нача людие корити на воеводу…».Как отмечал А.А. Шахматов, текст ПВЛ в Тр. «представляет текст Лаврентьевского списка, исправленный по другому своду…». Однако поправка в статье 1068 г. (в том, что это, действительно, поправка, а не недосмотр Н.М. Карамзина, выпустившего при цитировании «его», убеждает присутствие в тексте Тр. слова «людие», а не «люди», как в Лавр.) относится к тем, которые, по мнению А.А. Шахматова, «обязаны … не письменным источникам … а тем или другим личным соображениям редактора».Итак, мы имеем дело не с двумя версиями, а с одной (Лавр.) и притом явно испорченной. Между тем, в Ник. до 1177 г. среди основных источников была «летопись типа Троицкой», в которой, очевидно, и содержалось распространенное составителем Ник. ошибочное чтение. Ошибка летописца вполне понятна: он, по-видимому, принял стоявшее в протографе «людие говорити» за «люди его корити». В Ник. глагол «корити» («корить, хулить, осуждать») был заменен на синоним – «вадити».

Вот на этом построены абсолютно все теории Фроянова с источниковедческой точки зрения. Но это ему и не страшно. Ведь гораздо проще, чем анализировать источники, - делать "судьбоносные открытия" о полисах на основании учебника Чижикова в картинках, разоблачать закулису, вожделеть, чтобы вернулись Сталин и Иваном Грозным и разобрались со всякими этими умниками...
Что касается его политических взглядов, то они являются естественным следствием научного бесплодия: весь этот быдлосовок, ПГМ, автаркия и объясняются тем, что в душЕ-то автор понимает, что за пределами своей секты он никому не нужен. Значит нужно как можно больше захватить пространства и в нём "окуклиться", а всех, кто против, объявить врагами.
Так, что преемники Фроянова, сбагрившие его (к сожалению, не на пенсию), совсем не "предатели" (наука - это не мафия, в к-рой все по гроб доски должны быть верны своему пахану), а трезвые и нормальные люди, разрушившие выморочное совковое кубло, в к-рое превратился при Фроянове Истфак СПбГУ.
И ещё. Быдлом является только тот, кто ведёт себя соответствующим образом. Человек, к-рый пусть даже и разделяет какие-то научные взгляды Фроянова - не быдло, а член его секты, - да, оно самое. И "уважения" оно от меня не дождётся. К месту жительства и замечательному городу на Неве (где стонали от Фроянова ещё больше, чем в Москве), это отношения не имеет.